Нивхские сказки

 главная страница          содержание          следующая сказка

Невеста-ларга.

     

 

   

Сестра с братом только вдвоем жили. Братец мал был. Смастерила сестра лук, стрелы, копье. Учила-учила – братец крепко держит копье, метко из лука стреляет. Мальчик научился всему, сестра уже отпускала его в тайгу.

Так жили они, жили – братец пареньком стал. Охотился, рыбу ловил. Сестре оставалось в доме убрать, по ягоды сходить, что-нибудь вкусненькое приготовить, братца накормить.

Братец юношей стал. Однажды принес дров и собрался на охоту, копье взял. Шел, шел по тайге, к медвежьему дому пришел. Пришел к медвежьему дому, заглянул туда – там два больших чугунных котла на огне. Горячая вода в котлах, пар идет. Тогда он вышел на улицу, травы нарвал, сел на эту траву, смотреть на море стал.

Две нерпы-ларги вынырнут – нырнут, вынырнут– нырнут, к берегу подплыли, на берег вылезли, хвостиками-ластами туда-сюда, головами вверх-вниз– две девушки встали. За руки взялись, кэдр-кэдр торбазами из рыбьей кожи – и прямо к дому. К медвежьему дому поднялись, зашли, разделись и моются.

Юноша потихоньку спустился на берег, их чешуи взял, спрятал. Вернулся, крадучись, в дом, охапкой травы прикрылся стал их осматривать. Одна девушка ему понравилась – он ее одежду спрятал. Дру– гая быстро-быстро оделась, выбежала на берег, смотрит – чешуи нет.

– Эй, юноша! Ты взял чешуи, спрятал?!

Не понравившейся вернул одежду-чешую – та уплыла. Одна осталась, уставилась на юношу, из глаз слезы капают – не вытирает, из круглых глаз ее слезы капают – не вытирает.

Наш юноша ей:

– Если выйдешь за меня замуж – отпущу. Девушка согласилась – он вернул ей чешую. Обнявшись, упали, покатились. Солнце за горузайдет – лягут спать, солнце за тучи скроется – лягут спать. У самого края берега – лягут спать. Теперь уж он отпустит ее: уговорились – уплывет и возвратится к нему.

Тут он: Отпущу ее, сам быстро-быстро пойду к сестре, принесу дров, бегом сюда, – думает.

Так он думал.

Прибежал домой, вошел – сестра ему:

– Где ты так долго был?! Много дней прошло, дрова кончились, юколы нет.

Сестра говорит, а юноша думает: Скорей принесу дров и – к морю.

Помчался за дровами.

Только младший брат скрылся за поворотом, эта сестра схватила братову острогу на лабазе. Волосы по-мужски в одну косу сплела. Пришла на то место, спряталась. Спряталась и видит – вынырнет-нырнёт, вынырнет-нырнет – ларга подплывает, красивые черные пятна на спине.

Подпустила ларгу к берегу – ив два прыжка к воде. Взмахнула – и со звуком кар вонзилась острога в тело ларги.

Ой, ой, ой! Тянет, тянет, тянет!

Ларга подхватит – женщина по пояс войдет в воду. Эта с силами соберется – на берег выйдет, ларгу на пол туши вытянет.

Так тянули, тянули – ремень у самой остроги оборвался.

Ремень оборвался, та ларга-женщина отплыла от берега, высунула голову из воды:

– Сама выходи за своего братца! – сказала. Так сказала и в море уплыла.

Старшая сестра, конечно, скорей на берег, бегом домой. Домой прибежала, ищет, ищет, нашла ржавую острогу, воткнула в древко, привязала ремень. Одну косу распустила, стала две по-женски заплетать.

Вернулся ее братец:

– Что это, платье мое мокрое, в крови? Острога другая на древке?

– А-а, собаки лаяли. Медведь пришел, снимал с лабаза острогу, поранился весь, оборвал ремень. Дождик капал, вот и вывесила твое платье.

Сестра так говорит – братец задумался. Скорей побежал, к домику медведя. Прибежал туда, на песке пятна крови увидел. Следы крови на песке, на гальке. Оттуда поднялся, сел на коряжину. Сидит. Долго ли так сидел, две маленькие нерпочки вдоль берега плывут. Плывут вдоль берега, поравнялись с ним, слышит:

– Старшая сестра наша велела жениху сказать, чтобы он из дерева чашу-камбалу вырубил, в нем мое приготовил, чтобы инау настрогал. Так ведь?!

– Помолчи! Болтушка какая! – ворчит другая. Юноша послушал. Дал нерпочкам на берег выйти, девочками дал стать, поймал их.

– Ты что говорила?! Младшая все рассказала.

Пошел юноша в тайгу. Свалил лиственницу, чашу-камбалу вырубил, приготовил в ней мое – пришел к девочкам.

– Я с вами в путь отправлюсь!

– Иди в тайгу, найди ритуальное дерево, сделай чашу-гагару, вынеси чашу на море, сядь в него – мы возьмем тебя с собой, – ответили девочки.

Он нашел ритуальное дерево, вырубил чашу-гагару, вынес ее на море, сел – нерпы повели чашу. Тогда эта чаша-гагара:

Мое – нивхское праздничное блюдо.

Хы, у-у! Га-га-ра!

У-у! Га-га-ра!

Нам плыть далеко-о!

Плыть нам очень далеко-о!

Хы, у-у! Га-га-ра!

Плыть нам очень далеко-о!

У-у! Га-га-ра! – стала петь.

Так они плыли. Плыли, плыли, очнулся юноша, посмотрел вокруг – попутчиц нет. Скала высокая торчит в море. На скале, на самой макушке ее, две плохие женщины сидят, ралккр женщины:

– Сюда! Сюда! – машут ему. Волосы длиннющие у этих женщин.

Одна:

– Иди ко мне! Другая:

– Иди ко мне!

Обе криком кричат, так зовут эти женщины.

Юноша дальше плывет. Мимо этих женщин плывет. Тогда те волосы свои длинные раскрутили, ка-ак бросят – юноша повис. Как на лахтачьем ремне повис, болтается. Подняли его. Одна подошла, другая. Давай щекотать бедного. Щекочут, щекочут, хотят, чтобы он от смеха умер, что ли?

Обессилел юноша, говорит:

– Женщины! Женщины! Зачем вы заставляете меня смеяться? Послушайте, я вам сказку расскажу!

Тогда те женщины:

– Послушаем, послушаем! Щекотать перестали, сели, слушают. Юноша стал петь:

Хый ый, ый-йо-о!

Земля, Вода, Небо!

Не видите, в беде я!

Хый ый, ый-йо-о!

Земля, Вода, Небо!

Заступитесь!

Хый ый, ый-йо-о!

Верховий гром поднимите,Низовий гром поднимите,Друг с другом пусть столкнутся – Большую молнию зажгут!

Ый-йо-о, ый-йо-о!

Юноша поет – Низовий гром с юга поднимается, Верховий гром с севера поднимается.

– Почему, ты поешь – тут и там тучи подни-маются? Что это?

– Наверное, потому, что вы меня щекотали, смеяться заставляли.

Сам еще шибче поет:

Хый ый, ый-йо-о! Громы, мои громы! Друг о друга ударьтесь! По небу гуляя, Большую молнию родив, Защитите меня! Земля, Вода, Небо! Ый-йо-о, ый-йо-о!

Тогда Верховий гром с одной стороны сидящую зверь-женщину поразил. Низовий гром с другой стороны сидящую зверь-женщину поразил.

Юноша спустился к морю, сел на сивуча, поплыл. Предки заступились за него – посадили на сивуча. На сивуче ехал, ехал, поднял голову – дедушка его везет, предок. По ореолу узнал, по светлому ореолу над головой.

Так ехал, ехал – впереди остров показался. Тогда он слышит: Дедушка довезет тебя до острова, там на берегу, толстый тальник лежит. Спустишь этот тальник на воду, он и повезет тебя дальше.

Юноша подумал: То ли мелко стало для сивуча, то ли я что не так сделал?

На острове сивуч его высадил. Как было сказано, на острове лежал толстый старый тальник. Спустил на воду это дерево. Сел на него. Поехал.

Тогда тальник:

Туй-йу-дуй, дуй-у-дуй! Тальник, я древний тальник, Туй-йу-дуй, дуй-у-дуй, Хорошему нивху помощник! – стал петь.

Так и ехал юноша. Ехал, ехал, к берегу какому-то пристал.

К берегу пристал – три дороги: сюда прямая, туда прямая. Куда идти – не знает. Задумался, на чужую землю приехав. На чужую землю приехав, смотрит по сторонам, куда идти – не знает.

Один раб – ккорх-ккорх – вдоль берега идет, деревянными кандалами стучит.

– По той дороге пойдешь – придешь, – показывает он.

Послушал его юноша, раба этого раздел, сам вырядился в лохмотья. Пошел. Идет, ккорх-ккорх стучит.

Так шел, шел, видит – два волка на дороге.

Один:

– Ты старайся! Другой:

– Ты старайся!

Схватили друг друга за губы, тянут, тянут. Приблизился к ним юноша, себя по затылку ударил – в водяную блоху обратился. В водяную блоху обратился, перепрыгнул через волков. Отошел подальше, хлопнул себя по боку – самим собой стал.

Пошел дальше. Шел-шел, видит – два медведя на дороге.

Один:

– Ты старайся! Другой:

– Ты старайся!

Схватили друг друга за губы, тянут, тянут. Приблизился к ним юноша, себя по затылку ударил – в водяную блоху обратился. В водяную блоху обратился, перепрыгнул через медведей. Отошел подальше, хлопнул себя по боку – самим собой стал, пошел. Тут он пришел в большое селение. У одного дома женщины пищу готовят, вокруг очага хлопочут. Подошел туда. Две девочки-нерпы узнали его:

– Жених пришел! Жених пришел! Жениха надо прятать! – затараторили, засуетились.

Быстрехонько накормили. Спрятали. А когда стало темнеть, повели его. Привели к дому, где рабы-слуги.

– Что за раб такой светлый?! – дивятся рабы Один подошел к нему:

– Пойдем вместе. Я тебя отведу туда.

Этот раб узнал его. Узнал его, пошли вместе. Пришли к дому старейшины. Там уже рабы-слуги ведут каждый одного шамана. В дом их вещи несут. Верхний земли шаман, Нижней земли шаман тоже пришли. Девушку-ларгу будут лечить шаманы, черную силу остроги изгонять.

Один шаман поет:

Тэо-дьэо, тэо-дьэо!

Тэо-дьэо, тэо-дьэо!

Могучий человек, храбрый человек,Остроги хозяин! Злой остроги хозяин!

Тэо-дьэо, тэо-дьэо!

Шамана вещи принес,Шамана платье держит!

Тэо-дьэо, тэо-дьэо!

Тут шаман почти видит. Другой поет – другой еще шибче чувствует нашего друга. Воды шаман стал петь:

Тэо-дьэо, тэо-дьэо!

Тэо-дьэо, тэо-дьэо!

Могучий человек, храбрый человек,Злой острогихозяин!

Тэо-дьэо, тэо-дьэо,Преграды наши прошел,Тэо-дьэо, тэо-дьэо,В этот дом пришел.

Среди нас находится.

Тэо-дьэо, тэо-дьэо,Пришел, хочет петь,Тэо-дьэо, тэо-дьэо!

Хватайте его, он в доме!

Тэо-дьэо, тэо-дьэо,Злой остроги хозяинПришел! Раб-слуга!

Обессиленный Воды шаман падает на нары. Воины бросаются к рабам-слугам. Тогда юноша сам:

– Который это?! Который это?!

К одному, к другому. Всех растолкал, выскочил:

– Я буду петь! Я буду петь!

Схватил бубен, выскочил на середину.

Пел, пел он, приблизился к девушке-ларге, вырвал из ее тела острогу. Острогу вытащил, священной пищей накормил умирающую.

Юноша пел еще, пел, как большой шаман поет:

Тэо-дьэо, тэо-дьэо!

Тэо-дьэо, тэо-дьэо!

Могучий человек, храбрый человек,Тэо-дьэо, тэо-дьэо!

В этот дом устремился к любимой!

Тэо-дьэо, тэо-дьэо!

От сопки к сопке,По бурьяну, по марям топким,Забыв про усталость и голод,Шел он к своей любимой!

Тэо-дьэо, тэо-дьэо!

Море грозное переплыл,В этот дом устремился! К любимой!

Могучий человек! Храбрый человек!

Преграды нет для него!

Тэо-дьэо! Тэо-дьэо! – Накормил еще священной пищей – та ожила.

Девушка ожила – юноша взял ее в жены, домой повез. Многогребную лодку им сделали. Подарки положили в эту большую лодку. Увязали поклажу и – в путь.