Валерий Темнухин

 главная страница         содержание          следующая сказка

Святослав

     
     
   
 
Святослав

(из поэмы «Каяла»)

 

Святослава 1) сыны, Гориславича 2) внуки

(Игорь 3) да Всеволод 4), братья-друзья)

Храбро мечи взяли в крепкие руки,

Но просчитались эти князья.

 

Ложь пробудили распрею новой:

Старшего князя не взяли в поход.

Снова война стала явью суровой,

Снова покоя лишился народ.

 

А ведь казалось, что мир будет вечен –

Ложь укротил старший князь Святослав.

Славой великою был он отмечен,

Русскую мощь воедино собрав

 

В дальних степях он пронёсся грозою –

Киевский, властный, Великий – как есть! –

Чтобы кочевник умылся слезою

За вероломство, какого не счесть.

 

Ложь рассекалась мечами стальными

Наших в боях закалённых полков.

Грохот стоял над холмами степными,

И по оврагам, и в дебрях лесов.

 

Мутными были озёра и реки,

Высохла влага ручьёв и болот.

Верилось, что уж теперь-то навеки

Русь покорила коварства оплот –

 

Бурой от гнева приблизилась тучей,

Вырвала из половецких рядов

Хана Кобяка 5) . И волей могучей,

Строй сокрушила железных полков.

 

И от излучины синего моря

Вихрем помчалась до киевских гор:

Брошен Кобяк, почерневший от горя,

В Киеве-граде на княжеский двор.

 

У Святослава – просторна светлица;

Пир зашумел, всем на радостях дан.

…Ходит вокруг и, покорствуя, злится

Некогда главный воинственный хан.

 

*****

Было это, братья! И по праву

Посвятили песню Святославу 1)

 

Зарубежья дальнего посланцы:

Немцы, греки и венецианцы.

 

Их слова, цветисты и кудрявы,

Раздаются громко там и тут.

И славяне – бравые моравы 6) –

Ту же речь лукавую ведут,

 

Сладкую как мёд…. А вслед с укором

Игорю припоминают хором,

 

Что в потоке страшного разгрома,

Как в разливе бешеном реки,

Разметало, вдалеке от дома,

Русские бесстрашные полки;

 

Что в Каяле 7) этой половецкой

Счастье прошлых дней пошло на дно,

И по воле княжеской, отецкой

Золотом потоплено оно;

 

Золотом, которого не стало

На Руси, в родимой стороне, –

Лучшими людьми, каких немало,

Полегло за князя на войне.

 

И, пути не ведая иного,

Позабыв, где тьма, а где – светло

Из седла он выбит золотого,

И посажен в чёрное седло.

 

Чёрное седло – седло раба –

Игорю подставила судьба.

 

 

 

…В городах, на стенах крепостных,

Не шумит обрадованный люд –

Приуныл от новостей дурных.

И веселье попритихло тут.

 

*****

В Киеве, на кручах приднепровских,

Святослав 1) увидел тёмный сон.

Не скрывая страхов стариковских

Сказывал боярам ближним он:

 

«С вечера всю ночь и до утра

Мне покров приносят погребальный

Неужель пришла моя пора

Встретить день последний, день прощальный?

 

На кровати с запахом густым

Тиса ядовитого лесного

Мёртвым спать под саваном простым

Вместо покрывала расписного?

 

Подают мне синее вино,

Скверными настояно трудами.

Может быть, отравлено оно

Распрями, что тянутся годами;

 

Или трупным ядом тех бойцов,

Кто костьми полёг на поле брани,

Но без тризны – пира храбрецов;

Той, что полагается меж нами?

 

Или, может, черпают вино

Из морей враждебных, отдалённых,

Где, как видно, русичей полно

Сгинуло, никем не погребённых?

 

И колчанами полупустыми

Крупный жемчуг сыплют мне на грудь

Мудрецы с повадками степными;

Усмехаясь, а не как-нибудь;

 

 

 

 

И притворной лаской небывалой

Усыпляют бдительность мою.

Хоть владею силою немалой,

Навязали волю мне свою.

 

Заскользил я взглядом – выше, выше…

Что в моём случилось терему?

Золотой вершины нет на крыше.

Видят очи только злую тьму.

 

Там, над крыши гладкими досками,

Где нависла тягостная мгла,

Замахали вороны крылами.

Иль беда расправила крыла?

 

Чёрные, у древнего кладбища

Вскрикивали вороны всю ночь,

Словно бы для них готова пища,

Только поделить её невмочь.

 

Вышел из могил, услышав крики,

Князя Кия 8) оскорблённый род.

Словно лес, собой мрачны и дики,

Пращуры собралися в поход.

 

От накатов городского вала

Выступили, грозные, они.

И сама земля затрепетала,

Кровной мести предрекая дни.

 

И меня, притихшего от горя,

Горя, что почудилось вдали,

Понесли к просторам злого моря,

На равнину смерти понесли».

 

Выслушав, бояре отвечали:

«Сбылся, княже, твой тяжёлый сон:

Наяву скрутили нас печали.

Да и взяли разум твой в полон.

 

То два брата-сокола взлетели,

И престол отцов осиротел.

Но тебя не подняли с постели

Для достойных славы ратных дел:

 

Порешили, что в жестокой брани

Сами власть возьмут в Тмутаракани 9),

Пращуров утраченную власть!

 

Любо соколу противиться закону,

Любо шлемом да испить из Дону,

Первому на ворога напасть –

 

В поединке добывать победу,

Верным быть и прадеду, и деду,

К ратной славе распаляя страсть,

 

Как питомцу подлинной отваги.

…Но уже подрезаны крыла –

Саблями подрезали бродяги

Из степного дальнего угла.

 

Их же, соколов, что в бой умчались сами,

Что схватились яростно с врагом,

Словно бы опутали сетями,

Крепкими железными сетями…

И беда – одна на всех! – кругом…

 

 

*****

В третий день сгустилась темнота:

В третий день, когда в жестокой сече

Пройдена последняя черта.

И беда примчалась издалече;

 

Словно свыше дан зловещий знак,

Стало чёрным Солнце на поверку.

Обернулся день в глубокий мрак,

И тогда два солнышка померкли:

 

Игорь, да и Всеволод – во мгле!

Разом, как лучи зари погасли…

Были две опоры на земле –

Но в гордыне и во лжи погрязли…

 

И тогда, накрыты злою тьмой,

Месяцы поблекли молодые –

Святослав 10) с Олегом 11) прямо в бой

Поспешили, как отцы седые:

 

На врага пошли без разговора,

Никого в беде не подвели!

…Но в моря великого позора

Погрузились на краю земли.

 

Там, в глуши неведомого края,

Вражья злоба силу обрела;

И, кривою саблею сверкая,

На иные земли потекла.

 

Тьма густая хлынула потоком,

На реке Каяле 7) скрыла свет –

То в набеге скором и жестоком

Враг оставил свой кровавый след.

 

Точно кошек диких злая стая,

Вихрем прокатился по Руси,

И, добычу лёгкую хватая, –

Хуже смерти…Хоть кого спроси!

 

Запятнал позор былую славу

Наших громких боевых побед

И насилье начало расправу,

Унижая вольность прежних лет.

 

Тут позором стала похвала,

Жизнь привольная сменилася нуждою.

И весна, что радостью была,

Стала испытаний чередою.

 

Словно грянул оземь, шелудив,

Злобный дух степей, противный Див 12).

 

Вот уже, довольные собою,

Девы готские 13) вновь песню завели;

Морю синему, ревущему прибою –

Песнь своей, безжалостной, земли.

 

Вспоминают время князя Буса 14),

Наших предков сломленную рать

Как, завидев казнь любого русса,

Принимались готы ликовать;

 

Как распяты готскими вождями

Были князь и все его сыны,

Чтобы руссы не посмели сами

Против готов начинать войны.

 

Вспоминают, не скрывая страха,

Удалое войско Мономаха 15),

 

Половцев разившее громившее не раз.

…А ещё такой ведут рассказ,

 

Что настали времена для хана

По степям кочующих племён

Отомстить за деда – Шарукана 16)

И позор тяжёлых тех времён:

 

Чтоб не вспоминалось у кургана,

Как разбито войско Шарукана,

 

А иные воспевались дни –

Дни побед. Да множатся они!

 

Если русских золото звенит,

Половцами взятое в бою,

Будет хан по праву знаменит –

Так возвысил сторону свою!

 

Вот оно играет – просто ах! –

Блещет в цепких девичьих руках

 

А девицы – хороши собой! –

Собралися шумною гурьбой;

 

Распевают, словно бы с похмелья.

Речь, для нас обидную, ведут.

Тут и нам, дружина, до веселья –

Нашему мечу гулять бы тут!

 

*****

И тогда Великий Святослав 1) ,

Светом правды наполняя слово,

С горькою слезой его смешав,

Речь повёл и прямо, и сурово.

 

Чтоб оно, как золото, сияло,

Чтоб весомей золотого стало,

 

Речь повёл, страдая, старый князь,

К неразумным братьям обратясь:

 

«Всеволод да Игорь удалые!

Вы, князья, мне как сыны родные!

 

Рано вы в просторах половецких

Кровью расцветили острый меч,

А себе в походах молодецких

Выгоду придумали извлечь!

 

Но врагов нечестно одолели,

Проливая их шальную кровь.

И теперь кровавые капели

Бьют о нашу землю вновь и вновь.

 

Знаю, ваши храбрые сердца

Выкованы в тяготах войны.

Были б вы пригожи для отца,

Смелостью в боях закалены,

 

Но моим серебряным сединам

Принесли не славу, а позор.

Оттого, как следует мужчинам,

Слушайте, не опуская взор!

 

Мужество сердца вам закалило,

В трудный путь на подвиги послав;

Ясного ума – и не хватило…

Или я, старик седой, не прав?

 

И о том вы думали едва ли:

Князя старшего, кто вам почти отец,

Не войска врагов врасплох застали,

А похода вашего конец.

 

Что же вы, как два презренных вора,

Удалились тихо от меня;

И, нарушив слово договора,

В степь ушли, не мешкая ни дня?

 

Где же Ярослав 17), мой кровный брат?

Не видать его былую власть!

Много войск имеет, и богат,

И силён… Куда ж он мог пропасть?

 

Как не вспомнить прошлые походы

И его черниговскую рать!

…И бояре шли, и воеводы,

Все ему подвластные народы –

Чтобы силу силой сокрушать!

 

Без кольчуги, да и без щитов,

Лишь с ножами из-за голенища,

Двигались на полчища врагов.

И один сражался словно тыща.

 

И вернее, чем любые слуги,

Были князю русскому в те дни

Топчаки 18), ольберы 19) и ревуги 20).

Брали верх в одном строю они!

 

В бой рвались, превозмогая раны,

Бок о бок с шельбирами татраны 21).

 

И бывали лишь единым криком

Вражьи остановлены полки –

Так победу в том бою великом

Добывали князю степняки.

 

Словно богатырская застава

Множилась, восторженно звеня,

Прадедов немеркнущая слава.

И покой хранила, величава,

Сила русская – прочнее, чем броня.

 

Но сказали вы: «Старик – не воин.

Незачем нам кланяться ему.

Он победы новой недостоин,

К прошлому прикован своему.

 

Сами предстоящих схваток славу

Мужеством своим одни возьмём.

Силою своей, себе по нраву,

Новую победу уведём.

 

А когда её добудем сами,

То и славу многих прежних лет

Неспеша поделим между нами,

Словно брата старшего и нет.»

 

А что, братья, будет ли вам дивным,

Если старый князь помолодел;

Поднял войско окликом призывным,

Смело защищает свой удел?

 

Ведь когда меняет старый сокол

Седину на новое перо,

То сгоняет птиц чужих высоко –

Вдалеке чтоб реяли хитро;

 

Своего гнезда не даст в обиду,

Не оставит малых соколят…

Если стар – так это только с виду,

А дела – иное говорят.

 

И не важно, стар я или молод –

Не об этом речь, не это зло.

Сердце охватил предсмертный холод;

Как травинку, душу затрясло:

 

Ведь не помогают мне князья,

Вывернули время наизнанку.

И врагами сделались друзья.

И беда примчалась спозаранку.

 

Вот уж город Римов 22) закричал,

Кончаком внезапно осаждённый;

Кровью захлебнувшись, наземь пал

Половецкой саблей побеждённый.

 

И Владимир 23), князь Переяславский,

Защищая стольный город свой,

Впереди, как богатырь заправский,

Принял, не страшась, неравный бой.

 

Но не смог взять верх, уйти далёко

Весь изранен копьями жестоко.

 

И с дружиной, на исходе сил,

В город стольный всё же отступил.

 

И теперь ему как сыну Глеба 24)

(Был князь Глеб в почёте средь князей)

Не найти не только корки хлеба –

Тяжело глядеть в глаза людей.

 

В горе и тоске – один, недужный –

Видит свой Переяславль-Южный 25).

 

Краткие примечания

1. Святослав (Всеволодович) Киевский – князь (годы жизни ок.1125–1194), с 1180 года верховный правитель Руси; старший двоюродный брат князей Игоря и Всеволода Буй Тура, внук Олега «Гориславича»; в 1184 году в союзе с Рюриком Ростиславичем наголову разгромил половцев.

2. «Гориславич» – Олег Святославич – князь Черниговский и Тмутараканский, дед Игоря Святославича Новгород-Северского, двоюродный брат и соперник Владимира Мономаха; прозвище «Гориславич» получил и за талант полководца (от «горящий славой»), и за крайне несчастливую судьбу (от «прославляющий горе»); умер в 1115 году.

3. Игорь – Игорь Святославич (годы жизни 1151-1202), сын Святослава Ольговича Черниговского, внук Олега «Гориславича» и родной брат Всеволода «Буй Тура»; с 1179 года – глава Новгород-Северского княжества, с 1198 года – князь Черниговский.

4. Всеволод – Всеволод Буй Тур – князь Трубчевский и Курский Всеволод Святославич (годы жизни 1155–1196); родной брат князя Игоря, внук Олега «Гориславича» и праправнук Ярослава Мудрого; прозвище «Буй Тур» получил за особую силу и мужество, отличавшие его среди прочих Ольговичей.

5. Кобяк – половецкий хан Кобяк Карлыевич, взятый в плен русскими силами под предводительством Святослава Всеволодовича Киевского в 1184 году.

6. Моравы (или мораване) – жители средневекового государства Великая Моравия, располагавшегося на территории современной Чехии и сопредельных с ней стран; после распада в начале X века Великой Моравии чехи и мораване постепенно слились в единый чешский народ.

7. Каяла – мифическая река, символ глубокого потрясения, жестокого поражения русичей.

8. Кий – по преданию, один из наиболее видных князей в славянском племенном объединении полян, существовавшем в VI веке; был основателем одного из трёх поселений, позднее, к IX-X векам, составивших город Киев.

9. Тмутаракань - город на берегу Чёрного моря, в районе нынешней Тамани; столица русского Тмутараканского княжества, завоёванного впоследствии половцами.

10. Святослав – племянник Игоря Святославича Новгород-Северского и участник его похода на половцев; князь Рыльский; родился в 1166 году; правнук Олега «Гориславича».

11. Олег – князь, младший сын Игоря Святославича Новгород-Северского, участвовавший, возможно, в его походе на половцев; родился в 1174 году; правнук Олега «Гориславича».

12. Див – степное божество, сочувствующее половцам.

13. Девы готские – во времена Игорева похода готы жили в Крыму и занимались перепродажей добычи, захваченной половцами.

14. Князь Бус – вождь антов (руссов); в 375 году нашей эры потерпел жестокое поражение от готов во главе с их вождём Винитаром и был вместе с сыновьями и многими знатными антами распят на кресте. Руссы (русы) – общее название славянских племён, обитавших в районе Днепра; предки русичей.

15. Мономах – Владимир Мономах – один из наиболее видных государственных деятелей Древней Руси, полководец и писатель (годы жизни 1053-1125); в 1113-1125 годах был Великим Киевским князем, верховным правителем Руси; прозвище «Мономах» получил по фамилии матери, дочери византийского императора Константина Мономаха; внук Ярослава Мудрого и родной брат утонувшего в 1093 году в реке Стугне князя Ростислава; на трёх съездах князей горячо выступал за прекращение междоусобиц; был организатором и руководителем трёх победоносных военных походов в глубь половецких степей; прибегал к помощи народного ополчения; законодательным путём несколько смягчил положение народных низов; автор «Поучения», в котором желает мира между властью и народом; во время его правления Русь сплотилась, междоусобицы князей прекратились.

16. Шарукан – половецкий хан, дед хана Кончака; заклятый враг Руси; был наголову разбит и взят в плен Святославом Ярославичем Черниговским в 1068 году; потерпел также сокрушительное поражение от Владимира Мономаха в 1106 году.

17. Ярослав – князь Ярослав Всеволодович Черниговский (годы жизни 1140–1198), родной брат Святослава Киевского и внук Олега «Гориславича»; во времена Игорева похода избегал воевать против половцев.

18, 19, 20, 21. Топчаки, ольберы, ревуги, шельбиры, татраны – племена обрусевших кочевников, проживавшие в XII веке в Черниговском княжестве.

22…город Римов… – русская крепость на границе с Половецкой степью.

23 … Владимир, князь Переяславский… – Владимир Глебович (годы жизни 1157–1187), княживший во времена Игорева похода в Переяславле-Русском (Южном); родной брат Глебовны, жены Всеволода «Буй Тура»; внук Юрия Долгорукого и правнук Владимира Мономаха.

24. …как сыну Глеба… – Глеба Юрьевича (умер в 1171 году); Глеб Юрьевич – один из сыновей Юрия Долгорукого, родной брат Всеволода «Большое Гнездо», отец Глебовны – жены Всеволода «Буй Тура».

25. Переяславль – Переяславль-Русский (Южный), город на границе с Половецкой степью.

 

   
     
     

 

главная страница

содержание

следующая сказка

Рейтинг@Mail.ru